Общественно-политическое издание

Почему правозащитники молчат о деле Ларисы Арап?

07 августа 2007 15:10

Более месяца находится на принудительном лечении в психиатрической больнице города Апатиты активистка мурманского отделения Объединенного гражданского фронта Лариса Арап. Правозащитное сообщество России хранит молчание - несмотря на многочисленные публикации в зарубежных и отечественных СМИ. С чем связана странная позиция российских правозащитников и следят ли они за делом Ларисы Арап? Выяснить это попытался «Русский день».

Британская Independent  в конце июля приводит слова Гарри Каспарова. Лидер ОГФ утверждает, что принудительная госпитализация Арап – это месть за статью «Дурдом», в которой она рассказывает о случаях жестокого обращения с пациентами детского отделения лечебницы для душевнобольных.

Несколько дней спустя информация была скорректирована. Выяснилось, что сама Лариса Арап статью не писала, она была источником информации, рассказав журналисту издания «Марш несогласных» о своем пребывании в психиатрической больнице в 2004 году. Причинами госпитализации 2004 года были названы преследования со стороны ФСБ.

Поступавшая в дальнейшем информация также не способствует пониманию происшедшего. 26 июля сайт «Каспаров.Ру» сообщил, что Лариса Арап объявила в больнице бессрочную голодовку. Правда, уже 29 числа голодовка завершилась – на фоне сообщений СМИ о том, что Лариса Арап отказывается только от больничной пищи, так как боится быть отравленной.

Вскоре на сайте «Каспаров.Ру» появилась информация, что в Мурманск с намерением посетить Ларису Арап едет консул США в Санкт-Петербурге. Лидер мурманского ОГФ Елена Васильева сообщила журналистам, что разговаривала с консулом и он «обеспокоен этой ситуаций, он потрясен тем, что в России происходит такое нарушение прав человека».

По итогам этих публикаций консульство США в Санкт-Петербурге было вынуждено сделать специальное заявление: «Целью поездки консула в Мурманск и Апатиты не было посещение госпожи Арап и он ее не посещал. Он также не делал никаких заявлений по поводу случившегося или состояния госпожи Арап. Его поездка в Мурманск и Апатиты была запланирована задолго до того, как мы узнали о деле госпожи Арап. Никаких действий, связанных с ситуацией вокруг госпожи Арап, консульство не предпринимало».

В деле о принудительной госпитализации активистки мурманского ОГФ много странного. Возможно, именно с этим связана неожиданная реакция ведущих российских правозащитников, с которыми связался наш корреспондент. Всем им был задан один и тот же вопрос: «Почему российское правозащитное сообщество никак не комментирует дело Ларисы Арап?»

Известнейший российский правозащитник, председатель Московской Хельсинской группы Людмила Алексеева заявила, что МХГ в курсе происходящего в Мурманской области, сотрудники группы курируют этот вопрос. Однако сама Людмила Михайловна только в пятницу вернулась из отпуска и ничего не может сказать по этому поводу. Отвечая на вопрос о причинах молчания правозащитного сообщества, Людмила Алексеева заявила: «Я думаю, во-первых, что очень мало времени прошло. Во-вторых, сейчас мертвый сезон. И вообще, две трети сотрудников в отпуске».

Также не увенчалась успехом попытка получить содержательный комментарий у сотрудников Московской Хельсинской группы. Сотрудники МХГ затруднились охарактеризовать происходящее в мурманской области, заявив, фактически, что это не их специализация, этим должны заниматься специалисты: юристы или психиатры. В конце беседы нашему корреспонденту порекомендовали обратиться за комментарием в движение  «За права человека» и ассоциацию психологов.

В движении «За права человека» Льва Пономарева мы услышали все ту же историю про летние отпуска. Выяснилось, что делом Ларисы Арап занимается только лично Лев Пономарев, который ушел в отпуск на две недели и в настоящее время недоступен. Никто другой в движении «За права человека» информацией о деле Арап не обладает, и комментировать мурманскую ситуацию не может.

В свою очередь председатель фонда «Холокост», известная российская правозащитница Алла Гербер призналась «Русскому дню», что слышала об этом деле но, к сожалению, не знает подробностей. «Это правозащитница, которую арестовали?» «Нет, это активистка ОГФ, которую принудительно госпитализировали». «Пока я, к сожалению, ничего не знаю, я только в пятницу вернулась из отпуска…»


В череде летних отпусков в начале августа нет ничего удивительного, однако за каждым российским правозащитником стоит серьезный аппарат, организация, фонд или движение, которое занимается мониторингом состояния прав человека в России на постоянной основе. Вряд ли эта работа прекращается с наступлением лета.

Молчание правозащитных организаций по «делу Арап» выглядит несколько странным и напоминает попытку уйти от ответа на скользкий вопрос. Похоже, правозащитные организации не без оснований подозревают, что в этом деле больше политики, чем прав человека. А о своем нежелании лезть в политические разборки оппозиции они заявляли неоднократно.

Алексей Терновский

Developers Account
Новости